Учим детей решать конфликты без драки: пять важных правил

Прямой диалог

Ребенок любит решать проблемы и споры кулаками? Пора это исправить!

uchim-detej-reshat-konflikty-bez-draki-pyat-vazhnyh-pravil

Не зря говорится – сколько людей, столько и мнений. Дети начинают сталкиваться с различием взглядов друг друга уже в дошкольном возрасте. Именно детский сад – это первая ступень знакомства ребёнка с социумом. Важная задача дошкольного учреждения – воспитать у детей умение общения и мирного решения споров. Каждый квалифицированный воспитатель должен вовремя подключить родителей к воспитанию культуры общения у детей, также не только мастерски рассказать воспитанникам, как нужно решать разногласия, но и вовремя предупредить детскую конфликтность и, в случае возникновения, решить её.

Выстроив правильную модель поведения между детьми, родители и воспитатель смогут развить в сознании ребёнка необходимые понятия, которые помогут минимизировать случаи физического насилия во время конфликта. Научить дошколят умению доброжелательного знакомства, мирного общения со сверстниками можно на примере сказок, мультфильмов, сюжетных игр.

Если всё-таки произошла перепалка, то необходимо безошибочно её разрешить, чтобы в дальнейшем ситуация не повторилась:

1. Первое важное правило – научить слушать и понимать. В случае ссоры важно разобраться, что привело к конфликту. Нужно попросить каждого участника спора объяснить свои желания, чувства и переживания. При этом обратить внимание каждого на слова товарища, чтобы они смогли понять причины поведения друг друга.

2. Второе важное правило – никогда не оставлять конфликт нерешённым.
В минуты яростных конфликтов переключайте внимание малышей, дайте им остыть, только после этого вернитесь к проблеме и её обсуждению.

3. Третье важное правило – педагог не должен быть заинтересованным лицом в конфликте. Ни в коем случае нельзя занимать позицию того или иного ребенка.

4. Четвёртое важное правильно – дать осмыслить происходящее. Стать посредником в процессе разговора. Задать вопросы, заставляющие детей понять смысл случившегося. (Как можно было избежать спора? Что нужно сделать, чтобы каждый получил желаемое и не обиделся? Как вы будете вести себя в следующий раз в такой ситуации?)

5. Пятое важное правило – научить осознавать и справляться с яростью. Главное – прийти к компромиссу и доказать детям, что не бывает неразрешимых ситуаций!

Подобные способы можно применять и в момент разногласий между школьниками начальных классов. А если конфликты решаются силой в более осознанном – подростковом возрасте, то тут не обойтись без консультации психолога, а также максимального привлечения родителей. Только долгие нравоучительные разговоры, приводящие живые примеры отрицательных последствий подобного рода поведения, способны заставить «ветреную головушку» задуматься о неправильности своего поступка.

И напоследок, маленький, но очень значимый, совет мамам и папам: именно родители – зеркало детей. Старайтесь на глазах своего ребёнка обсуждать горячие темы спокойно, без криков, и, тем более, без драки. Ребёнок, который не знаком с таким способом доказательства своей правоты, сам не станет его применять.

Научим своих наследников держать себя в руках, и нам не придётся каждый день переживать за них.


[mailerlite_form form_id=4]

История об отметках и мотивации

Прямой диалог

Педагог Игорь Олин рассказывает об интересном случае из своей жизни.

История об отметках и мотивации

У меня плохая память на лица и имена. Из меня никогда бы не вышел Наполеон, который знал несколько тысяч своих офицеров и солдат. Кажется, его звали Анатолий Петрович. Да, его звали Анатолий Петрович. Он преподавал в институте отечественную историю. Думаю, был очень хороший лектор. Нашему курсу нравился. Но я ему благодарен не столько за учёбу, сколько за один с виду незначительный эпизод, выводы из которого стали одним из краеугольных камней моей будущей педагогической деятельности.

В жизни всякого человека бывают периоды горения, подъёма, вдохновения, которые рано или поздно заканчиваются если не ударами судьбы, то давлением неприятных обстоятельств. Наступает кризис, когда мир представляется особенно несправедливым.

Первый курс исторического факультета я окончил на одни пятёрки. Занимался с огромным удовольствием. Живя в пригороде, в шесть утра вставал на первый автобус и в предвкушении новых открытий и впечатлений ехал на занятия.

Зимняя экзаменационная сессия на втором курсе продолжалась также успешно. До тех пор, пока я не пришёл в отдельно стоящий где-то за «гагаринским» парком корпус сдавать последний предмет – медицину. Впрочем, ничто не предвещало неудачи. Теоретический материал я помнил почти наизусть. О разных болезнях читал взахлёб, даже приобрёл медицинскую энциклопедию. Экзаменовали нас двое, мужчина и женщина.

Для ускорения процесса они делили меж собой обязанности, и я оттарабанил ответ по билету женщине, которая протянула зачётную книжку коллеге со словами: «Ну, это отличник!». Тот вдруг недобро на меня посмотрел и спросил: «Ах, отличник? А что ж тогда многие занятия пропускал?».

Действительно, приходилось пропускать. Пары по медицине зачастую ставили поздно, вынося за общую сетку расписания. У меня уходил последний автобус, и я был вынужден покидать аудиторию минут за сорок до звонка и бежать на остановку им. Герцена. Преподаватель-врач потребовал провести искусственное дыхание на специальном манекене и наложить повязку на руку. Я понимаю, что, скорее всего, он был прав, констатировав, что то и другое я делаю плохо, но «тройка» за экзамен морально подкосила меня. Она была до крайности обидной, я же всегда учился хорошо. От злости даже нацарапал на стене оскорбление в адрес экзаменатора. Эта оценка, конечно, не была единственным фактором, но внутренний запал исчез, и следующую сессию я уже учился «шаляй-валяй».

С таким настроением пришёл на экзамен к Анатолию Петровичу. Его строгости многие побаивались. Чтобы получить удовлетворительную отметку, готовиться мне не было нужды – основное содержание вполне усваивалось с лекций и семинаров.

«Вы же не прочли ни одной статьи из рекомендованных…», – с укоризной взглянул он на меня (наличие конспектов было обязательно для получения более высокой отметки). – «Вам не нравится здесь учиться?».

Вопрос, я почувствовал, был задан искренне, не для проформы, с каким-то любопытством. На занятиях он не раз обращался к студентам с призывом как можно больше читать и делать выписки. Сам приносил толстые папки с исписанными листочками, приговаривая: «Начнёте работать, некогда будет посвящать много времени чтению». И я ответил, что не нравится.

Он долго недоуменно смотрел на меня. Потом поднялся с места и стал ходить взад-вперёд: «Почему?!». Я рассказал, что вообще-то очень люблю читать и предполагал, что на факультете наряду с историей будет филологический уклон. В то время я был увлечён Солженицыным, со страстью впитав «Архипелаг ГУЛАГ», «Один день Ивана Денисовича», «В круге первом» и приступив к «Красному колесу». Мы обменялись мнениями о Нержине, эпохе. Неожиданно Анатолий Петрович произнёс: «Знаете, мне бы хотелось поставить вам «отлично», но если вы пообещаете прочесть хотя бы одну статью из моего списка». Я пообещал. И прочёл потом, конечно. И не одну. На госэкзамен по отечественной истории спустя несколько лет я шёл уверенно и горжусь «пятёркой» в дипломе.

На странице кафедры истории и политических наук опорного университета сейчас значится: «Многие традиции кафедры были заложены талантливыми преподавателями и учеными…». Среди перечисленных имён есть и его имя – А.П. Бородин.

Что делать, если школьник ужасно себя ведет?

Прямой диалог

Как педагогу мягко сообщить родителям о плохом поведении ребенка и необходимости его коррекции? Ищем ответ вместе!

Как взаимодействовать с «трудными» детьми в классе?

Современные родители чрезмерно опекают своих детей. Конечно, не все мамы и папы, заступаясь за своё чадо, готовы перешагнуть через все возможные рамки приличия и субординации, однако даже те единицы, которые на это решились, умудряются “попить кровушки” педагогов.

Такие родители либо закрывают глаза, либо совершенно не замечают неприемлемого поведения своего ребёнка. Наоборот, основной причиной его невнимательности на уроке или плохого поведения на занятии является, по мнению родителей, недостаточная компетентность педагога — учителя или воспитателя. Иными словами, как это часто слышат работники образования: “Не смогли увлечь ребёнка”. Удивительно, что человек, не имеющий никакого отношения к образованию, так уверенно судит о профпригодности педагога.

Самое нелепое, когда родители переходят к кардинальным мерам и подключают к решению проблемы вышестоящие органы, дабы максимально защитить своего ребёнка и добиться своей “справедливости”. Спасаться от таких родителей можно только отказом от класса или бегством с работы. Но едва ли это можно посчитать отличным решением, которое подойдет каждому педагогу.

Остаётся только пытаться найти с ними общий язык, при этом не показывая своей слабости. Начинать разговор нужно с положительной ноты, отметив хорошие качества ребёнка. А потом незаметно для собеседника стоит плавно перейти к основной проблеме. Главное — не менять интонации и оставаться доброжелательным.

В случае, если родитель перебивает и начинает нападать, нельзя разжигать конфликт. Лучше подождать, когда человек выскажется, и продолжить разговор твёрдым уверенным голосом. В первую очередь, попросить маму или папу избавиться от негативного настроя и постараться вернуть общение в спокойное русло. Также необходимо дать понять, что оскорбления и обвинения в адрес педагога неуместны. Например: “Давайте не будем разводить скандал, а мирно и спокойно обсудим проблему?! У меня есть варианты её решения, готовы ли Вы их сейчас выслушать?” В большинстве случаев человек, который понимает, что только он один настроен негативно, берёт себя в руки и начинает прислушиваться к словам собеседника.

Еще одна важная особенность в общении с конфликтными родителями — всегда напоминать им об ответственности за поступки и поведение ребёнка. Они должны понимать, что несмотря ни на что, их главная задача — постоянное проявление активности в воспитании их детей.

Перед тем как делиться методами воздействия на поведение ребёнка, стоит отметить возможные причины, заставляющие его вести себя неправильно в коллективе. Возможно, это период адаптации или неуверенность в себе. Исходя из проблемы и стоит выстраивать воспитательный диалог родителей с ребёнком.

После оглашения путей решения проблемы, стоит закрыть тему на позитивной ноте. То есть, отметить, что совместными силами есть 100% шансы помочь ребёнку настроиться на образовательный процесс и улучшить его успеваемость и личные достижения, так как любой ребёнок способен развиваться и раскрывать свой потенциал. Родители должны понимать, что только в тандеме — педагог и родитель — можно получить максимально положительный результат в воспитательно-образовательном процессе.

Если вам с родителями сложно найти причины плохого поведения ребенка, стоит предложить родителям прибегнуть к помощи специалиста, отметив, что в таком формате вероятность исправить поведение ребенка будет выше.

Если же родители категорически отказываются прислушиваться к словам педагога, то придётся прибегнуть к помощи администрации образовательного учреждения.

В общении с родителями всегда нужно формировать приветливую атмосферу доверия, взаимопонимания и отзывчивости. Партнёрские взаимоотношения педагога с родителями — правильный путь в образовании детей. Это должны понимать как педагоги, так и родители.

Хотите научиться взаимодействовать с родителями? Записывайтесь на курс «Моего университета» Как выполнить задачи ФГОС по работе с родителями и узнайте все об успешном сотрудничестве с семьей учеников от лучших педагогов-практиков!

Фото: klll.com


[mailerlite_form form_id=4]

Домашнее задание в начальной школе: советы и рекомендации

ПедСовет, Прямой диалог

Учитель начальной школы должен помнить о разумном объеме домашних заданий, учитывать количество учебных предметов, которые школьник должен приготовить в течение недели.

И главный ориентир в этом Постановление  Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 29 декабря 2010 г. N 189 СанПин 2.42.2821-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям и организации обучения в общеобразовательных учреждениях«. О требованиях документа в отношении домашнего задания в младшей школе мы сегодня и расскажем.

Первое, на что обращает внимание СанПин, — обучение в 1-м классе должно проводиться без выполнения детьми домашних заданий. Даже если родители свято уверены в том, что их чадо — вундеркинд, которому нужно учиться больше для обеспечения светлого будущего. Ребенок может выполнить несложные задания: прочитать отрывок из книги, выучить стихотворение, но делать это он должен исключительно по собственному желанию.

Объем заданий во 2 и 3 классах, согласно СанПину, должен быть таким, чтобы затраты времени на его выполнение не превышали 1,5 часа. Конечно, всё зависит от темпа работы ребенка, его умения сосредоточенно работать в течение 30 минут. Нередко выполнение домашнего задания растягивается на несколько часов, что может привести к переутомлению. По этой же причине предметы, требующие больших затрат времени на домашнюю подготовку, не должны преподаваться в один день.

Будет хорошо, если после уроков в школе и перед началом выполнения домашнего задания ученик прогуляется на свежем воздухе, и в 15-16 часов откроет тетради и учебники, именно в это время отмечается физиологический подъем работоспособности.

На основании рекомендаций СанПина мы подготовили проект Памятки для учащихся, которую учитель может раздать своим ученикам.

Памятка для учащихся

domashnee-zadanie-v-nachalnoj-shkole-sovety-i-rekomendatsii2

«Правила выполнения домашнего задания»

    1. Сразу по указанию учителя запиши домашнее задание, по технической причине оно может не появиться в электронном дневнике.
    1. Приступай к выполнению домашнего задания не раньше чем через 2 часа после окончания уроков и не позднее 16 часов дня.
    1. Начинай выполнение домашнего задания с трудного для тебя учебного предмета.
    1. Распредели время так, чтобы его хватило на выполнение заданий по разным учебным предметам.
    1. Через каждые 30-40 мин. делай короткие перерывы для отдыха глаз и разминки.
    1. Пользуйся черновиками: если нужно решить пример, сделай это сначала на листе бумаги.
  1. Если возник вопрос, поищи ответ в энциклопедиях или Интернете или задай однокласснику или родителям.

Кстати говоря, еще один документ — письмо Министерства общего и профессионального образования РФ от 22 февраля 1999 г. №220/11-12 «О недопустимости перегрузок обучающихся в начальной школе» — обращает внимание преподавателей начальной школы на то, что “для обеспечения полноценного отдыха детей в течение рабочей недели недопустимо давать домашние задания на понедельник”.

Что же касается родителей учеников начальной школы, они по-разному смотрят на проблему объема домашних заданий. Приведем мнения родителей первоклассников, участников форума проекта «Отдых с детьми»:

Ольга: «У нас в прогимназии учителям под страхом увольнения запретили задавать домашнее задания. Одна умная мама написала заявление в РАНО».

Larchen: «ДЗ задают с сентября, задания записывают в дневники, туда же ставятся оценки за контрольные и проверочные работы. В тетрадки за очень хорошее выполнение ставят пятерку или выдают наклейку. Сами дети попросили им ставить и четверки (была договоренность с учительницей, что оцениваются работы только на отлично, остальное «см.»). На продленке гуляют, это как раз после 4 урока, перед обедом. Со второй четверти 2 раза в неделю будет по 5 уроков. На выполнение ДЗ уходит 15-20 минут, иногда сама делает на продленке».

Фисташка: «У нас уроки 45 мин (35 мин только в сентябре), никакого облегчения в конце недели — диктант в 1 классе устроили в последний учебный день четверти. Сна и полдника на продленке нет. Заданий на дом задают очень много — делаем по 2-3 часа. Оценок правда нет. Ни в каких формах. А ещё по нормам ДЗ в 1 полугодии быть не должно, а во втором полугодии оно не должно превышать 50% от сделанного в классе, и на выполнение должно уходить не более 15 минут. У нас это учителя не волнует — 4 станицы прописей написано должно быть. В классе пишут 1 сточку, иногда 2-3.

Вот такая адаптация к школе. Если не поедет крыша в 1 классе, то вы достойны продолжить обучение».

Дорогие педагоги! Давать или не давать ученикам задание на выходные, в каком объеме — все эти вопросы вы решаете самостоятельно или в соответствии с локальным актом образовательного учреждения (например, Положением о домашнем задании). Мы же только напомнили требования СанПина и желаем вам успехов в вашем нелегком труде!


[mailerlite_form form_id=4]

Простые советы для учителей по противостоянию стрессу

Прямой диалог

Быстрые и простые способы избавиться от стресса и выработать устойчивость к нему.

prostye-sovety-dlya-uchitelej-po-protivostoyaniyu-stressu

К концу второй четверти (или первого семестра) учителя уже чувствуют великую усталость и вряд ли нуждаются в очередном списке советов. В то же время учителям стоит подумать о риске эмоционального выгорания, ведь негативные эффекты рабочего стресса начинают проявляться все чаще. Пожалуй, в такой момент учителям бы не помешал заряд бодрости для успешного окончания не только семестра, но и всего года (и не просто «довести», но и получить удовольствие от работы!).

Я долгое время изучала способы для педагогов повысить устойчивость к стрессам. В итоге я сделала подборку советов, которые помогут учителям справляться с ежедневным стрессом на работе. Когда я прибегаю к этим методам, я чувствую себя лучше физически и эмоционально, а также становлюсь устойчивее к стрессам в целом.

Как справляться с ежедневным стрессом?

Спойте песнюУтром в душе или по дороге на работу напевайте песни, которые заряжают вас энергией. Мне в последнее время нравится песня Pink «I am here». Такой метод помогает вам «размять» свои голос и легкие перед долгим рабочим днем, а также дышать глубже (это хорошо заряжает энергией). И сама музыка окажет позитивный эффект на ваше настроение. Требуемое время: четыре минуты.

Съешьте порцию орехов или протеиновый батончик. Ближе к полдню давление крови начинает снижаться, и мы чувствуем усталость. Белок поможет взбодриться и обрести баланс в эмоциях. Требуемое время: две минуты.

Сделайте 10 глубоких, спокойных вдохов. Закройте глаза, устройтесь поудобнее на стуле, сосредоточьтесь на своем дыхании: как воздух входит и выходит через ваш нос. Говорите про себя: «Вдох, выдох». Делайте выдох длиннее вдоха. Такое упражнение можно выполнять до работы или во время обеда. Упражнение позволит вам почувствовать себя спокойнее. Требуемое время: одна минута.

Опишите три хороших момента. Сделайте в конце дня запись на диктофон, в которой расскажите о трех приятных моментах дня и о вашей роли в них. Это напомнит вам о вашей власти влиять на свою жизнь. Выгорание чаще всего – симптом чувства беспомощности, поэтому чаще напоминайте себе о возможности самостоятельно принимать решения в своей жизни. Требуемое время: три минуты.

Улыбнитесь. Поставьте карандаш между своими зубами и подержите его так 20 секунд. Улыбка помогает организму выделять эндорфин, а такое занятие повысит шансы для вас чаще улыбаться в течение дня. Требуемое время: одна минута.

Поговорите в школе с тем, с кем редко общаетесь. Это может быть кто угодно – студент, родитель, коллега или персонал школы – охранник, повар, вахтер. Такой разговор укрепит и расширит ваш круг общения, а большое количество друзей и знакомых крайне важно для развития устойчивости к стрессам. Да, разговаривать нужно каждый день. Требуемое время: пять минут.

Отметьте и назовите три эмоции, которые вы испытываете в течение дня. Скажите себе: «Я чувствую грусть (или злость, или радость)». Старайтесь называть эмоции попроще, здесь вы можете познакомиться с их спектром. Отмечайте, какие эмоции вы испытываете в течение дня, и обозначьте дату. Не нужно пытаться понять эмоции и их причины – просто отмечайте их. Требуемое время: пять минут.

Запишите на листке, за что вы благодарны. Это может быть всего одна вещь – одной вполне достаточно. Выполнять это задание можно в любое время дня, главное – делать его каждый день. Требуемое время: пять минут.

Запомните – между небольшой усталостью, легким выгоранием и депрессией существует большая разница. Если уже ничто вас не радует и на работу вы выходите с трудом, поговорите с психологом или медиком. Эти советы вряд ли смогут вам помочь.

Устойчивость к стрессу приходит постепенно: каждое небольшое заряжающее нас энергией действие укрепляет её. А в будущем эта устойчивость поможет вам быстрее справляться со сложностями и приходить в себя после неудач.

Оригинал: edutopia
Фото: trellisaz.org


[mailerlite_form form_id=4]

Несколько советов, как начать урок интересно

ПедСовет, Прямой диалог

Позитивное начало урока обеспечивает его успех. Какими должны быть действия учителя для того, чтобы ученики заинтересовались и настроились на продуктивную работу? Дадим несколько советов.

neskolko-sovetov-kak-nachat-urok-interesno

1. Урок в младшей школе можно начать со стихов, например:

Прозвенел уже звонок –
Начинаем наш урок.
Открываем все тетрадки,
В книжках нужные закладки.

***
Громко прозвенел звонок,
Начинается урок.
Наши ушки на макушке,
Глазки широко открыты,
Слушаем, запоминаем,
Ни минуты не теряем!

2. Волшебно действуют на младших школьников фразы “Начинаем наш урок”, “Наша с вами работа…”

Слова “наш”, “наши” создают ощущение объединения с учителем, обстановка кажется комфортнее, вместе с тем повышается градус ответственности.

3. Еще один вариант интересного начала урока в младшей школе — визит сказочного героя.

Например, Буратино или Медведя, роль может исполнить старшеклассник. Далее весь урок можно провести в “сказочном” ключе. Позитивный настрой и интерес будут обеспечены.

4. Декламация стихов может впечатлить не только младших учеников, но и старшеклассников.

Всем известно, что учить стихи — дело не из легких. Поэтому, если учитель с выражением прочитает несколько четверостиший по теме урока, то его авторитет возрастет, школьники с бОльшим вниманием и уважением отнесутся к дальнейшему рассказу.

5. Что лучше формирует положительную атмосферу, нежели смех?

Предлагаем Вам рассказать анекдот, суть которого близка к учебному предмету. Или же поведать интересную историю о героях темы урока, например, если Вы преподаете литературу или историю, можно рассказать такие истории.

По словам генерала Алексея Петровича Ермолова, у императора Александра была какая-то болезненная страсть к симметрии, и генерал считал эту болезнь наследственной и хронической. Император мог не подписать какой-нибудь важный документ только потому, что первым движением пера получалось не совсем понравившееся ему начало буквы А. И только. Других причин для неподписания документа ему и не требовалось.

Источником сюжета для пьесы Гоголя «Ревизор» стал реальный случай в городе Устюжна Новгородской губернии, причём автору об этом случае поведал Пушкин. Именно Пушкин советовал Гоголю продолжать написание произведения, когда тот не раз хотел бросить это дело.

6. Случай из жизни

Практически беспроигрышный вариант. Расскажите школьникам интересную историю, которая произошла с Вами или кем-то из Ваших знакомых. Таким образом Вы, во-первых, удивите школьников — они пришли на физику, а им рассказывают о том, с какими приключениями преподаватель добирался в школу. Во-вторых, будет создан доверительный настрой между учителем и учениками.

7. Задайте интересный вопрос

Вопрос, на который школьники могут ответить только опираясь на свой жизненный опыт и смекалку, или предупредите, что ответ они смогут дать только в конце урока.

  • Какими нотами можно измерить пространство? Ответ: Ми-ля-ми.
  • За чем язык во рту? Ответ: За зубами.
  • 27 января 1944 года во время спектакля в Большом театре действие вдруг внезапно прервалось, опустился занавес, зажегся в зале свет, а на авансцену вышел директор театра. После реакции в зале на его сообщение возможность продолжить спектакль появилась только через полчаса. О чем сообщил директор театра?

Ответ: О снятии блокады Ленинграда.

Хотим предупредить: не стоит использовать один и тот же метод часто в одном классе, а копилку методов нужно постоянно пополнять, постоянно удивляя учеников. Успехов вам, дорогие учителя!


[mailerlite_form form_id=4]

Так ли полезны курсы ментальной арифметики?

Прямой диалог

Все чаще учителя сталкиваются в классе с детьми, прошедшими курсы ментальной арифметики. И часто у таких детей бывают проблемы с математикой… Что не так с модной техникой обучения счету?

tak-li-polezny-kursy-mentalnoj-arifmetiki

В последнее время мы с коллегами довольно часто сталкиваемся с детьми, которые занимались на популярных курсах ментальной арифметики и теперь испытывают серьёзные проблемы со школьной математикой. Давайте подробнее посмотрим, что это такое, и как это новомодное увлечение калечит мышление учеников.

Про ментальную арифметику как способ быстрого счёта в уме наверняка многие уже слышали. Если набрать в поисковиках это словосочетание, то можно увидеть десятки ссылок на различные центры раннего развития детей. Но даже если целенаправленно их не искать, вы всё равно скорее всего натолкнётесь на агрессивную рекламу подобных курсов. Дело дошло до того, что детей, которые занимаются по этой технологии, показывают по основным телеканалам в новостях и различных шоу, представляя их умения как некую сверхспособность в математике. Однако, это далеко не так.

Чтобы понять, что происходит с детьми при занятиях ментальной арифметикой, нужно сперва познакомиться с их главным рабочим инструментом — абакусом.

Он похож на старые добрые счёты, но число костяшек на каждой спице не десять, а пять. Верхние костяшки называются «небесными» и отделены от нижних («земных») планкой. Сам счёт основан на механических передвижениях этих костяшек по спицам по определённым правилам. После того, как дети привыкнут к работе с абакусом, его постепенно заменяют на нарисованный (чтобы можно было смотреть на картинку и передвигать их мысленно пальцами), а потом и вовсе от него отказываются. Так учеников учат представлять в уме эти счёты и пальцами передвигать воображаемые костяшки.

ментальная-ариф

Казалось бы, что здесь такого страшного? Пусть себе считают хотя бы так. Тем более, в начале учёбы успехи действительно заметны. Если остальные дети только знакомятся с составом чисел в пределах десяти и учатся складывать через десяток, то ментальные арифметики могут спокойно складывать трёхзначные числа, почти не задумываясь. Но такое ошибочное восприятие математики как сборника заданий на вычисление играет потом с детьми злую шутку.

К сожалению, на курсах ментальной арифметики дети чисто механически заучивают некие алгоритмы без понимания того, что за всеми этими действиями стоит. Реальное же преподавание математики строится на совершенно иных принципах. Например, чтобы ученик в начальной школе дошёл до алгоритма сложения столбиком, он должен проделать довольно большой путь: сначала должен научиться складывать/вычитать в пределах десяти, потом делать то же самое в пределах 20 с переходом через десяток, затем научиться понимать разницу между единицами, десятками и сотнями и так далее.

Конечно, можно и в первом классе объяснить сложение и вычитание столбиком, научить «переносить единицу» и «занимать» у некоторых чисел. Но это всё бесполезно, так как ведёт к восприятию математики как некой непонятной магии. Причём ментальную арифметику, согласно нашей классификации, можно отнести даже к чёрной магии, потому что никто принципиально не ставит цели пояснить детям, откуда взялись все эти алгоритмы.

Такой ребёнок-ментальщик чаще всего не осознает, как на самом деле в реальности происходят вычисления. В этом легко можно убедиться на практике, если поработать с таким учеником индивидуально.

Во-первых, у него часто большие проблемы с текстовыми задачами. Его мозг выдрессировали на то, чтобы при виде каких-либо чисел автоматически представлять в голове счёты и в уме складывать или вычитать эти числа. То есть с текстовыми задачами ученик работает примерно так: не задумываясь вычленяет из текста числа, потом их преобразует и даёт ответ. Бесполезно спрашивать, как он к этому ответу пришёл — он не понимает, что от него хотят. У него нет представления о том, что нужно сначала разобраться в задаче, а потом с ней как-то работать. Голова забита только образом абакуса, и ученику не хватает воображения, чтобы представить ещё и саму задачу. Он просто замечает числа и складывает их — «вижу цель, не вижу препятствий». Кстати, интересная особенность. Такие дети практически всегда в задачах в качестве ответа говорят просто одно число. Хотя правильно говорить развернутый ответ вроде «Мама купила 200 граммов сахара» или на худой конец просто «200 граммов».

Во-вторых, у таких детей нет представления о приблизительных вычислениях. То есть они не могут оценить примерно сколько сотен будет, например, в сумме 313 + 407. Они сначала посчитают точное значение и только потом, если повезёт, смогут сказать правильный ответ.

Ну и наконец, в-третьих, у них проблемы с позиционным счётом. Они любое число воспринимают как набор цифр. Такие дети видят трёхзначное число 423 и говорят, что это 4, потом за ней идёт 2, а потом 3. Отсюда же возникают показательные ошибки вроде такой: 32 + 41 = 37 (здесь ученик механически получил в ответе две цифры 7 и 3 и неправильно их разместил в ответе). А вопрос вроде «сколько в сотне десятков?» часто вообще вводит их в глубокий ступор.

Конечно, в рекламных листовках про такие тонкости не говорят. В них рассказывают, что с этой технологией дети считают быстрее, чем калькуляторы, что они становятся более усидчивыми, что у них улучшается воображение, что благодаря мелкой моторике развивается интеллект и так далее. Но даже эти благие цели на самом деле не достигаются.

Например, про мелкую моторику. Она действительно важна, так как связана с нервной системой, зрением, вниманием, памятью и восприятием ребёнка. Для развития у детей мелкой моторики есть специальные упражнения, которые в первую очередь должны быть разнообразными. Но далеко не все движения пальцами развивают мелкую моторику и внимание. В ментальной арифметике в начале обучения ребёнок действительно передвигает костяшки именно пальцами. Для этих движений есть очень жёсткие правила. Например, должны работать строго только большие и указательные пальцы. В итоге остальные пальцы почти всегда неподвижны и просто согнуты, поэтому ни о какой мелкой моторике нет речи. При дальнейшем обучении вычисления вообще идут на воображаемых счётах, а движения пальцами остаются просто рефлекторными.

Но, может быть, тогда развивается воображение? Действительно, при занятиях ментальной арифметикой в голове необходимо постоянно удерживать образ счётов, на которых происходят воображаемые вычисления. Но в голове ученик держит только один этот образ.

Мысленная фотография абакуса настолько впечатывается в мозг, что её оттуда и экскаватором не вытащить. На основе этого строятся разные цирковые номера, когда ученик играет на скрипке, поёт или танцует и одновременно с этим зачем-то ещё и складывает числа.

Однако, реальное развитие воображения и образного мышления предполагает возможность держать в голове много образов. Причём нужно не только представлять их в голове, но и как-то оперировать ими. В таком случае в мыслях прокручивается свой микрофильм, который и развивает детскую фантазию. Делать это лучше всего через чтение книг с родителями или через обсуждение каких-то отвлечённых вещей. Конечно, ничего подобного в ментальной арифметике нет.

ментал

Но если ментальная арифметика такая бесполезная или даже вредная, почему о ней так много говорят позитивного? Тут всё ещё проще — прибыль. Это обычный нишевый маркетинговый проект по выкачиванию денег из родителей. Успех его вызван грамотно выстроенной рекламной стратегией и позиционированием продукта.

Представьте себе обычного родителя. Когда он читает рекламу подобных курсов, у него возникает много положительных ассоциаций. Например, он может рассуждать так: «Технология пришла из Японии и Китая, эти страны имеют очень развитую экономику, поэтому наверняка это что-то хорошее. На видео маленькие дети быстро считают, поэтому скорее всего в школе на уроках математики они будут заниматься лучше сверстников. Счёты красивые и необычные, выглядят как какой-то секретный инструмент. А вчера по Первому каналу показали ребёнка с таких курсов, и все восхищались его талантом».

А предприимчивые люди играют на самолюбии таких родителей, которые мечтают потом сказать: «А мой Васютка ходит в первый класс, но уже умеет умножать в уме трёхзначные числа. Какой он умный и хороший!» Подразумевая, конечно, что-то вроде: “Какая Я хорошая, что воспитываю такого сына.” И создатели подобных курсов прекрасно понимают, что родители часто хотят не вырастить гения, а просто мечтают сами слыть родителями гения. То, что это убивает на корню всё логическое мышление и далее губит способность к пониманию важных математических закономерностей, — это уже особо никого не волнует.

Потом можно будет обвинить учителей, систему образования и мировое правительство, что они загубили такой талант. Никому невдомёк, что в младшем возрасте ребёнку полезнее просто играть с мячиком, кубиками или конструктором. Вместо этого маленький Вася сидит за столом перед счётами в строго определённой позе, держа ручку строго определённым образом, и механически учит невнятные алгоритмы.

Однако, родителей ещё можно понять. Они не знают методик нормального преподавания математики и поэтому их легко обмануть. Тем более, ментальная арифметика хорошо продаётся, а противостоять деньгам и капиталу могут только люди с поставленным системным мышлением и мировоззрением, что встречается довольно редко. Но ведь есть учителя, которые так или иначе рекламируют подобные курсы! Причина этого проста: они или сами преподают на этих курсах, или хорошо отзываются о них за «долю малую». Ни один из наших знакомых опытных преподавателей начальной школы не отзывался об этой методике положительно. Кроме одной учительницы, которая сказала, что эта технология ей очень сильно нравится. Однако, когда я спросил её, почему она свою внучку учит по советским учебникам, а не даёт на растерзание ментальщикам, та скромно ушла от ответа.

На тему ментальной арифметики ещё можно долго и подробно говорить. Можно окунуться в методические, психологические и экономические аспекты этого явления, но сейчас для нас важно другое.

Математика — это наука, которая из реального мира берёт какие-то объекты, закономерности и количественные соотношения и, постепенно обобщая их, выводит всё более сложные законы. Банальная вычислительная работа с числами не означает знания предмета. Опытный главный бухгалтер Зинаида Петровна знает математику хуже, чем хорошо подготовленный абитуриент.

И само изучение математики нельзя сводить к заучиванию каких-то волшебных формул для последующей подстановки в них циферок из заданий. Для правильного решения задач нужно понимание того, что вы делаете. Именно это является залогом вашей успешной работы.

Интересуетесь статьями по математике? Подписывайтесь на паблик «Партизанская математика». Настоящая статья изначально была размещена в данном сообществе.

Фото: 1777.ru


[mailerlite_form form_id=4]

Как развить интерес к чтению художественной литературы у современного школьника

Прямой диалог

Как вдохновить на чтение? Не заставить, но именно – вдохновить? Своими приемами делится учитель литературы с 30-летним стажем Галина Вихрева.

kak-razvit-interes-k-chteniyu-hudozhestvennoj-literatury-u-sovremennogo-shkolnika

Гаджеты, виртуальное общение (обманные, как сахарозаменители, и тем более опасные, что не чувствуются опасностью) – страшные конкуренты чтению. Почему они так легко завоевывают детей, а не мы? Очевидно, потому что не требуют работы ни ума, ни сердца. И очевидно, что мы не можем пойти по такому пути – облегчать жизнь ребенка с книгой, не требуя усиленной работы. И мы налегаем и налегаем на объяснения, разъяснения и т. п., апеллируя к разуму. А сердце остается нетронутым. Как «задействовать» сердце?

Расскажу о приемах, которые выработала в своей 30-тилетней практике.

1. Театр начинается с вешалки, или о вдохновляющей среде.

Интерес к тексту не возникает сам по себе. Разумеется, громадную роль играет атмосфера в семье ребенка, обучение в начальной школе, вся обстановка вокруг. Как театр начинается с вешалки, так и работа с художественным текстом начинается задолго до непосредственной встречи с буковками. И атмосфера в кабинете, в который ученик попадает, к предметнику средней и старшей школы – та среда, которая может отпугнуть, а может вдохновить на чтение.

Помните, как 30-50 лет назад принято было оформлять школьные кабинеты литературы портретами писателей и их прекрасными высказываниями? Наверное, тогда это работало – ведь ученик не мог в любой момент найти в электронном справочнике те самые портреты или цитаты. А может быть, мгновенно набивало оскомину, каждый день (одно и то же годами!) попадаясь на глаза.

Я очень люблю свой школьный кабинет литературы, любят его и мои ученики – может быть потому, что он оформлен ими самими, несколькими поколениями учеников. Это оформление возникло стихийно, когда после предложения детям проиллюстрировать те или иные произведения стали появляться прекрасные живописные работы – нестандартные, символические, яркие и загадочные. Теперь они – постоянно на одной из стен кабинета, время от времени мы только меняем композицию.

Пятиклассники, которые впервые приходят сюда, конечно, не понимают истинного смысла многих иллюстраций, но погружаются в эмоциональную атмосферу и заинтересованно расспрашивают – о чем это? Некоторые начинают читать «Мастера и Маргариту» в 7-8 классе, а потом, в 11-ом, уже осознанно перечитывают; не пугаются платоновского «Котлована»… И сами, конечно, заинтересованно иллюстрируют все, поднимаются на своем уровне от каверз «Алисы в стране чудес» к сложнейшей философии «Маленького принца».

2. Жизнь коротка, а музыка прекрасна, или об изучении литературного произведения вместе с музыкой

Эмоциональный заряд, вдохновение, пробуждение чувств – без них невозможно восприятие. Через эмоциональный отклик, после него – анализ. И как бы не разъять алгеброй гармонию, не переборщить с ракладыванием по полочкам! Ими только дополняем эмоции, конечно, выстраивая и план ответа, но – после эмоционального отклика – прослушивания музыки и ответов на простейшие вопросы типа: какое чувство было главным в музыке?

А когда ребята слушают, к примеру, в 8 классе стихотворение Пастернака «Снег идет» в музыкальном исполнении Сергея Никитина, им вместе с его вальсовым вихрем легче воспринять круговорот всего в жизни, взаимопроникновение природы и человека, бренность и одновременно бесконечность жизни – сложнейшие мысли поэта.

Музыку включаем не только тогда, когда на стихи созданы песни, романсы и т.п. – а тогда, когда необходимо создать настрой, предварить анализ эмоциональным впечатлением (Рахманинова и Скрябина – в начале изучения поэзии серебряного века и поэмы Блока «12», Моцарта и Бетховена – когда нужно сравнить Пушкина и Лермонтова).

3. Логика изучения русского языка – тоже через эмоции

Поэтому на уроках русского языка много моих любимых отрывков из художественных текстов («О лужа!» Н. Гоголя, «О мышь!» Л. Кэрролла, «Звезды примерзли к небесному своду» К. Паустовского…) И отрывков для анализа лингвистических явлений – в музыкальном исполнении (так, сопоставляем междометия и омонимичные им частицы с помощью Окуджавы: «Дежурный по апрелю» и «Ах Надя, Наденька»).

4. Свободные эссе

Замена ответов на логические вопросы, как правило, предлагаемые в итоговых сочинениях. Логические вопросы тоже некоторым нужны. Такой вариант остается, но стараюсь всегда предложить детям вопросы, предполагающие в первую очередь высказывание личностных оценок, эмоций и чувств, требуя при этом доказательств, обоснования своего мнения текстом так же, как и при ответах на логические вопросы. (Например, кто стал твоим любимым героем у Шукшина?)

5. Поиск ответа на каверзный вопрос

(следом за прекрасным педагогом Ильиным с его принципами постоянно придумываю эти каверзные, проблемные вопросы)

Почему курица у Чичикова завернута в синюю бумагу? Не просто в бумагу, а непременно в синюю? В общей поэтике текста «Мертвых душ» очевидно, что Гоголю нечем характеризовать своих бездушно мертвых героев, кроме как бесконечным нагромождением вещей, бездушных деталей, избыточных, как эта синяя бумага.

Но это очевидно нам, а не детям. И при поиске ответа на парадоксальный вопрос они сами это легче поймут. К тому же проблем в наших художественных текстах столько, что поисковая деятельность, развивающая детей и нас, может быть бесконечна, она увлекательна, она сродни детективным поискам преступника, если хотите, если мы сумеем детей этим вдохновить.

Почему Собакевич похож на дрозда в клетке? Огромный Собакевич – на маленького дрозда, да еще и в крапинку? Или крапинка не важна, а важнее клетка и то, как бесконечно долбит ее дрозд? Я не знаю точного ответа на вопрос, но вместе с детьми искать его крайне интересно, а сложнейший гоголевский текст после такой работы уже не пугает их – вдохновляются и читают все больше и больше.

6. О текст, ты бог!

Контекстуальное чтение – главный прием работы. Что это значит? Читаем вслух много, очень много, даже громадную «Войну и мир», даже тогда, когда времени совсем нет. Читаем и останавливаемся, читаем и комментируем, читаем и задаем вопросы. И только тогда скелет умных мыслей о произведении превращается в живую плоть самого произведения.

Иначе, как говорит один не слишком приятный герой Шукшина, получим то, что он обозначил так: «Можно тысячу раз произнести слово «народ», но знание народа от этого не прибавится ни на грош» — так же можно тысячу раз твердить детям, что необходимо читать, но желание читать от этого не вырастет ни на грамм. А вместе с контекстуальным чтением приходит вкус к внутреннему размышлению о деталях текста, да и коллективное чтение с обсуждением этих деталей просто помогает всем, о чём ребята потом с удовольствием говорят (вот дома самому текст показался полной ерундой, а после чтения в классе – совсем иным).

7. Вернемся к театральной … вешалке, или об актерском и режиссерском чтении

 

Сколько авторов у текста? Столько, сколько его прочтений. Я с некоторыми любимыми стихотворениями иногда провожу в классе эксперимент: читаю, к примеру, «Памятник» Пушкина так, как это записано в старых фонохресоматиях (В.И. Качаловым) — мощно и самоуверенно; а потом так, как мне хочется сейчас, в своем возрасте, со своим багажом знаний и чувств о Пушкине, усталом, задерганном бытом, безденежьем и непониманием, и все-таки уверенном в своем бессмертии — тихо и без надрыва.

И ребята, как правило, соглашаются с моим чтением. Не потому, что я талантливее Качалова, а потому, что я ближе к ним; я – здесь и сейчас, и какие-никакие актерские способности моим учительством уже тоже выработаны. Но главное – они видят возможность индивидуального, собственного прочтения, соавторства. И каждый из них, особенно в 5-7 классе, с громадным удовольствием примеряет на себя актерство, читая наизусть стихи, а мы обсуждаем эти разнообразные авторские чтения и то, какие чувства удалось выразить артистам, и таким образом глубже анализируем художественную ткань поэзии.

И ребята – самые разные, отнюдь не отличники только, с удовольствием участвуют в театральных постановках (мои ученики уже трижды побеждали в краевом конкурсе имени В.М. Шукшина в номинации «театральные миниатюры», представляя в 10-тиминутных театрализациях рассказы «Срезал», «Микроскоп» и «Чудик»). Это учащиеся 6, 7, 8 класса, повторюсь, далеко не все успешные в чтении. Но ведь для участия в спектакле им нужно было как минимум прочитать то, что будет изучаться только в 11 классе, и делали они это с удовольствием и в гораздо большем объеме, чем обычно нужно для урока, помогая выбрать подходящие для постановки рассказы.

Кроме того, изучая художественную литературу, мы очень много выиграем, если будем создавать сами уроки литературы по законам искусства: режиссерски выстраивая сюжет урока с проблемной фабулой, подводя учеников к кульминации открытия и сопряженного с ним катарсиса… Конечно, это безумно трудно, невозможно на каждом уроке, но, согласитесь, ощущать это катарсическое очищение вместе с детьми, когда они плачут, слушая финал «Муму», или замирают, пораженные фантастической уверенностью юной Цветаевой в жизненной силе ее стихов («…стихам моим, как драгоценным винам…»), или вдруг оторопело осознают, что одно стихотворение Ахматовой оказывается равным целому тому «Войны и мира» — не это ли высшее счастье учителя?..

Подведем итоги

Итак, приемы и технологии, помогающие через работу с текстом вдохновить учащихся на чтение художественной литературы:

  • создание вдохновляющей среды;
  • музыка рядом с литературой;
  • художественные тексты на уроках русского языка;
  • контекстуальное чтение и проблемно-поисковая деятельность;
  • актерское чтение и режиссерская театрализация;
  • свобода эссе при личностном подходе;
  • организация самого урока как произведения искусства.

    [mailerlite_form form_id=4]

Почему одни дети учатся хорошо, а другие — плохо?

Прямой диалог

Заведующий кафедрой педагогической психологии факультета психологии образования МГППУ Виктор Гуружапов рассказал, как повысить успеваемость школьников.

pochemu-odni-deti-uchatsya-horosho-a-drugie-ploho

Виктор Гуружапов ответил на вопросы корреспондентки «Российской газеты» о математической тревожности, превращении двоечников в отличников, а также важности правильной постановки задач.

Впервые российские психологи заговорили о том, что у наших школьников появилась «математическая тревожность». За границей ученые говорят уже о «математической фобии». Что это такое?

«Математическая тревожность» — страх оценки, тревога при изучении математики, страх перед решением задач, страх перед учителем математики. Считается, что математическая тревожность формируется к 4-5 классу. Пик — 9-10-й класс. Есть исследователи, которые считают: математической тревожностью страдают две трети американцев. Они избегают всего, что связано с вычислениями, цифрами, ненавидят математику… В России ситуация иная: в середине прошлого века у нас прошла реформа математического образования, и школа у нас дает хорошие знания. И все же надо признать: в старших классах уровень предметного содержания по математике был завышен. Сегодня требования смягчаются, ЕГЭ по математике разделен на базовый и профильный. Базовый уровень — довольно простой. Согласен, что математическая тревожность может помешать успешно сдать экзамен, но когда ее совсем нет, тоже не очень хорошо. Полная самоуспокоенность чем-то сродни наплевательскому отношению к предстоящему испытанию. В результате ученик не готовится серьезно к экзамену.

Еще недавно во многих престижных школах проводилось так называемое психологическое тестирование, где ребенка могли попросить посчитать от 1 до 10 и обратно. С виду невинная вещь. На деле — трудности с этим заданием могут говорить о дискалькулии — неспособности к изучению арифметики. Правда, что примерно у 7 процентов учеников дефектологи диагностируют дискалькулию?

Эта цифра сильно завышена. За десятки лет педагогической работы я встречал единицы таких детей. Я вообще не сторонник того, чтобы специальные термины, такие специфические темы, исследования выносить на широкое обсуждение. Это дело специалистов. Что касается обратного счета, то так называемыми обратимыми операциями в 6 лет ребенок может и не владеть. Ничего страшного нет. Годам к 7-8 эта способность появляется почти у всех.

Вот что важно: сейчас появился интерес к изучению причин учебной неуспешности детей. Предстоит большая работа по привитию будущим учителям умения работать с ошибками учеников, определять случаи, когда надо обратиться к дефектологу, а когда — изменить методику обучения.

Очень часто причины ошибок — не из области дефектологии, а из области психологии обучения. Мы проводили эксперимент: учителя должны были прочитать детям задачу и дать 10 секунд на размышление. И только потом требовать от них ответ. Секундомера у них не было, и как вы думаете, сколько времени они давали ученикам?

Минуту? Две?

Три секунды! Срабатывает привычка: надо делать все как можно быстрее. Времени на то, чтобы думать, почти нет. Такую же модель поведения перенимают и дети. Вот интересная задачка для младших школьников. «Есть две пирамидки, в каждой — по пять колец. К той, что справа, прибавили кольцо. Какая пирамидка стала больше?» Дети отвечают: «В правой!». А теперь еще одна вроде бы такая же задачка: «Есть две другие пирамидки, к той, что справа, прибавили кольцо, а у той, что слева, — два. Где стало больше колец?» И дети, сильно не задумываясь, отвечают: «Слева!». Это неверно, так как в условиях не сказано, сколько колец было в каждой из пирамид во втором случае? Иногда, чтобы избежать ошибки, надо просто дать ребенку время подумать.

Процедура решения задачи складывается из четырех шагов. Первый — прочитать задачу, второй — осознать ее, третий — вспомнить, какой уже приобретенный опыт может пригодиться в решении, четвертый — вернуться к условиям и начать решать задачку. На все это надо время. Для простой задачи — 1- 2 минуты. Естественно, для более сложной задачи времени надо больше.

В каждом классе есть медлительные дети, которым будет этого времени мало. Как быть с ними?

Есть много психолого-педагогических хитростей. Например, учитель может обсудить с учениками условия задачи, спросить, решали ли они раньше похожую задачу, и тому подобное. За это время медлительный ученик успеет подумать. Другое дело, что не всегда педагоги этим пользуются. До сих пор сильна привычка «гнать программу». Есть интересный иностранный опыт. Учителям в таких случаях дается несколько советов: принимайте любые ответы учеников, правильные или неправильные; не давайте никаких комментариев в процессе наблюдения за учениками; не прерывайте работу учащихся, чтобы исправить их ошибки. Главная задача педагога — собрать как можно больше информации, какие именно ошибки, в каком контексте допускает ученик. А уже потом корректировать их. И у нас хорошие учителя постоянно накапливают подобный методический арсенал. Но надо превратить это в профессиональное требование для каждого учителя. Надо не забывать, что есть определенный алгоритм решения задачи.

На ЕГЭ такой алгоритм поможет решить задачку?

Да. Для успешной сдачи ЕГЭ важны не только прочные математические знания и умения, но и методическая подготовка и ее психологический аспект. Иногда ученики, которые неплохо знают математику и хотят получить высокий балл, сразу приступают к заданиям повышенной сложности и застревают в них. А действовать надо иначе. Сначала стоит просмотреть все задачи, понять, что сможешь сделать легко и быстро, решить эти задачи, а потом уже приступать к заданиям, которые требуют повышенного внимания. Также надо привыкать к задачам, предъявляемым в тестовой форме. Кроме того, есть определенные индивидуально-психологические особенности самоорганизации деятельности. Здесь уже нужна помощь опытного педагога или педагога-психолога.


[mailerlite_form form_id=4]

Улучшаем отношения с учениками и их родителями

Прямой диалог

Как построить хорошие отношения с учениками и повысить собственную мотивацию к работе? Опытом делиться учитель средних классов.

Что не нравится родителям в школьном образовании?

Высокие требования к учителям и большая нагрузка на работе часто становятся причинами, по которым мы забываем о том, почему мы вообще пришли в профессию: об учениках. Каждый школьник уникален и заслуживает внимания и любви от педагога. Я решила попробовать сообщать об успехах учеников их семьям – это позволило мне сосредоточить внимание на успехах детей.
Учителя обязаны звонить родителям, если школьник плохо успевает или плохо себя ведет в классе. Но ваша работа изменится (как изменилась и моя), если вы сосредоточитесь на позитивных, а не негативных моментах деятельности школьников.

Устанавливаем контакт

В начале каждого учебного года я завожу классный журнал не только для оценок, но и для общения с семьями – в ячейках перед каждой фамилией я записываю даты, когда я связываюсь с родителями учеников (посредством электронной почты, личных встреч или телефонных звонков) и причину контакта. В течение года я вношу все звонки в журнал, моя цель – чтобы каждая семья хотя бы раз получила от меня позитивную весть о своем ребенке.

В течение двух недель с начала года я сначала связываюсь с семьями-новичками в классе. У таких семей высок уровень тревожности: они переживают, сможет ли их ребенок быстро адаптироваться к новому окружению. Поэтому им будет важно услышать от педагога, что дела идут хорошо, а их ребенка ждет интересный и приятный учебный год. Также сообщите им, что будете рады ответить на любые их вопросы в будущем.

В течение года я ставлю новые цели: в прошлом году моей целью было связаться с половиной семей моего класса с позитивными новостями до конца ноября. В этом году я ставлю перед собой цель связаться с каждой семьей с хорошими вестями до конца января.

Позитивные моменты

Практику сообщать семьям позитивные новости я начала на второй год работы, когда количество сообщений с негативными моментами, которые я рассылала каждый месяц, стало перевешивать мой оптимизм и веру в свои силы. Я поняла, если буду посылать позитивные сообщения вместе с замечаниями, это позволит мне сфокусироваться на лучших качествах детей и их успехах.
Спустя годы я стараюсь больше отправлять писем с позитивными сообщениями и высылаю задолго до писем с замечаниями, чтобы у родителей могла сформироваться хорошая картина об учебе и успехах их ребенка.

Проще всего говорить с семьями отличников — их успехи очевидны: они исключительно хороши на контрольных, отлично пишут сочинения. Но похвалить ученика можно не только за оценки, похвала может касаться мягких навыков (soft skills) ученика: он хорошо разрешает конфликты в классе, поддерживает отстающих или одиноких учеников. Поведение тоже может быть причиной похвалы: если ученик всегда готов к уроку, опрятно выглядит, регулярно выполняет домашнюю работу и с энтузиазмом приступает к работе.

Важно, чтобы каждый ребенок и каждая семья получила своё положительное сообщение. Чтобы быть уверенной в этом, я отмечаю ячейки в журнале общения с семьями определенными цветами. Позже, когда я открою журнал, я смогу сразу увидеть, кто недавно получил порцию позитива, а кто не видел позитивных моментов уже две-три недели после письма с замечаниями. Тогда я уделяю больше внимания последним, чтобы отметить их позитивный вклад и отправить приятное сообщение семье.

Замечаем каждого ученика

В чем фишка соей практики? Для ее реализации необходимо поставить во главу угла ученика, а не программу, администрацию, родителей или чиновников. Чтобы регулярно отмечать успехи детей, необходимо больше за ними наблюдать. В первую очередь я отмечаю самых «видных» учеников – отличников и прилежных, дисциплинированных. Затем каждую неделю я сверяюсь с журналом – я начинаю больше внимания обращать на детей, с чьими семьями я еще не контактировала.

Если общаться с детьми «по-старому», то чаще всего вы будете общаться с семьями, дети которых плохо себя ведут или плохо успевают – так они требуют к себе внимания. А те, кто отлично выполняет свою работу и стремятся к новым достижениям, остаются за пределами внимания педагога. Мой подход позволяет справиться с этим дисбалансом.

Что в результате? Мне удалось построить позитивные отношения между семьями и школой. Родители ценят мои сообщения не только за то, что больше узнают о школьной жизни детей, также они видят, что их ребенку уделяется должное внимание. Они знают, что есть учителя, которым важны не только следование стандартам, оценки и контрольные, их интересуют сами личности своих учеников. Такое знание дает кредит доверия школе и помогает в построении взаимоотношений между двумя самыми важными партиями в образовании: семьей и школой.

Оригинал: edutopia


[mailerlite_form form_id=4]