Как быстро запомнить имена всех учеников

Прямой диалог

Когда вам дают пару новых классов или вы только утроились работать, тяжело сразу запомнить имена всех учеников. А ведь иногда это может привести к неловкой ситуации и обиде со стороны ребенка. Предлагаем несколько методов быстрого запоминания имен.

kak-bystro-zapomnit-imena-vseh-uchenikov

Это общая проблема для всех преподавателей: и в школе, и в вузе. Вы можете проработать с учениками месяц, и все равно путать их имена между собой. А если вам еще доверили вести новый курс у незнакомых детей (подростков, студентов), то это и вовсе непосильная задача. Природа не дает нам ни единого шанса: визуальная информация и способность к наименованию расположены в разных частях мозга.

Некоторые учителя начинают использовать общие фразы при общении с детьми, однако постоянные «Добрый день!», «Как дела, мой лучший ученик?» не останутся незамеченными. А спрашивать каждый раз «Напомни, как тебя зовут?» слишком неловко.

Давайте избавимся от этих неловких фраз, оторвемся от новостей и соцсетей и потренируемся быстро запомнить все имена учеников!

Скажу по секрету: у всех нас отличная память. Просто лучше всего мы запоминаем то, что нам интересно. Поэтому мы должны стать по-настоящему заинтересованными в построении диалога с нашими учениками!

Представляем несколько эффективных методов по запоминанию имен.

  1. Проведите несколько простых работ в первые две недели, возвращайте работы каждому ученику лично, произнося его имя (Хорошо справился, Саша).
  2. Сделайте фото детей с бейджами, на которых указаны их имена. Перед каждым уроком с классом просматривайте фото. Распределите фото по интересам или ассоциациям, которые вызывают у вас ученики.
  3. Найдите уникальную черту лица ребенка и составьте простое предложение, в котором будет упоминание этой черты и имени ребенка: У Вани нос курнос.
  4. Придумывайте рифмы к именам: так мозг лучше запоминает информацию.
  5. Старайтесь обращаться к большему числу учеников (или рабочих групп) в первые пару недель, почаще произносите их имена.
  6. Встречайте каждого ребенка по имени, когда он входит в класс. Не бойтесь переспросить имя, которое вам тяжело вспомнить.
  7. Когда ребенок называет свое имя, повторите за ним. Так вы будете уверены, что произносите его имя правильно.

10 причин, почему списывание в школе — зло

Прямой диалог

Предлагаем методичку для учителей и родителей о разговоре на важную тему.

10-prichin-pochemu-spisyvanie-v-shkole-zlo

Списывание подобно эпидемии – оно быстро охватывает умы и устремления школьников. Оно кажется настолько обыденным, что подростки (а иногда и взрослые) считают плагиат и копирование работы соседа нормальным.

Современные технологии делают списывание и вовсе элементарным для детей, а учителям все труднее его определить. При помощи смартфонов ученики быстро находят ответы прямо во время контрольной и пересылают их своим друзьям.

Школьники скачивают готовые работы в интернете и пытаются выдать их в классе за свои. Есть даже специальные приложения, которые позволяют перевести домашку с другого языка.

Некоторые школьники глубоко убеждены, что, пересылая ответы, они помогают своим друзьям. Другие списывают, потому что чувствуют постоянное давление со стороны родителей и учителей.

Часто на подростков давит необходимость «добиться успеха» в жизни. Им кажется, что родители ценят их отличные оценки больше всего на свете, а поступление в университет для подростков становится намного важнее честности.

10 аргументов против списывания

Вы подозреваете ребенка в том, что он делает работу за другого? Или он резко стал учиться намного лучше? Поговорите с ним об опасностях, которые таит в себе списывание. А мы предложим вам 10 аргументов, которые стоит обязательно озвучить.

  1. Списываниеэто ложь. Переписывает ли ребенок чью-то работу или берет готовый ответ из интернета, он приписывает себе чужие мысли и идеи.
  2. Списывание это воровство. Да, списывание – это тоже нарушение авторских прав.
  3. Списывание – это нечестно по отношению к другим. Ученики, которые усердно занимаются, чтобы получать хорошие оценки, не должны соревноваться и оцениваться наравне с теми, кто пытается пройти испытание не напрягаясь. Также важно, что люди могут не заметить, что работа принадлежит не тому ребенку и доверить ему важную часть работы (классной, исследовательской), которую он провалит и подведет всех.
  4. Списывание снижает самооценку. Когда кто-то списывает, он признается себе, что не в силах сам справится с трудностями.
  5. Списывание – это ложь самому себе. Можно не замечать это какое-то время, но по мере взросления списывающий ребенок потеряет всякие ориентиры в жизни и плохо будет представлять, кто он на самом деле.
  6. Списывание тормозит обучение. Если ребенок не смог выучить какую-либо из тем, он не сможет понять и последующие. Ему придется списывать до самого конца курса.
  7. Списывание убивает доверие. Быть пойманным на списывании = получить клеймо нечестного ученика до самого конца школы (даже если потом никогда больше не пытаться списать).
  8. Списывание – причина стресса. Сдать чужую работу под видом своей – тяжело, но уровень стресса становится только выше после этого, ведь секрет необходимо держать при себе.
  9. Списывание – это оскорбление учителя. Фактом списывания ученик отказывается от знаний, которые старается передать ему педагог (учитель много сил тратит на подготовку урока и закрепление знаний, а ученик не ценит этого труда).
  10. Списывание не ограничивается школой. Списывание легко превращается во вредную привычку, которая останется с ребенком в вузе и в будущей карьере. Привычка убьет всякое желание трудиться и стремление к творчеству.

Как говорить с подростком

Стоит проводить регулярные беседы о вреде списывания с подростками. Задавайте им вопросы «Списывает ли кто-нибудь из твоих друзей?», «Есть ли в школе проблема со списыванием?» или «Считаешь ли ты, что необходимо списывать, чтобы преуспеть в школе?»

Внимательно выслушайте ответы подростка. Узнайте, каково влияние цифровых технологий на проблему списывания в школе.

Списывание иногда трудно определить. Честно ли использовать онлайн-переводчик при подготовке домашнего задания по английскому? Честно ли сдать работу из интернета, пересказанную на свой лад? Выскажитесь сами и узнайте мнение подростков по эттим вопросам.

Важно помнить, что учитель и родитель – ролевые модели для подростка. Если вы не платите налоги или обманом возвращаете в магазин сломанные вещи, подросток поймет, что врать и обманывать (списывать – лучший способ врать) – это нормально. Покажите ребенку, как важно быть честным, даже когда это невыгодно.


«До какого времени вы будете унижать педагогов?» Учитель на педсовете рассказал о настоящих проблемах образования

Прямой диалог

Победитель конкурса «Учитель года — 1991» Николай Ченцов из Кировской области честно и открыто обсудил с чиновниками главные проблемы образования своего района и страны.

do-kakogo-vremeni-vy-budete-unizhat-pedagogov-uchitel-na-pedsovete-rasskazal-o-nastoyashhih-problemah-obrazovaniya

Как и во многих городах России, в конце августа в Омутнинском районе Кировской области состоялся педсовет, на котором обсудили проблемы образования. А вот прошел он совершенно неожиданно: казенную речь начальника местного управления образования сменил живой голос педагога — победителя конкурса «Учитель года — 1991» Николая Ченцова о том, что реально тормозит развитие образования в районе. Зал встретил речь педагога аплодисментами, глава района — негодованием.

Николая Ченцова возмутила речь начальника управления образования Натальи Кондратьевой на тему педсовета «Повышение качества образования в Омутнинском районе: проблемы, пути решения и перспективы». По его мнению, она так и не затронула ключевых проблем. Он вышел к открытому микрофону, чтобы высказаться.

Николай Юрьевич остановился на двух проблемах образования: зарплате и пенсионной реформе. Проблемы он решил сформулировать в виде трех вопросов администрации района.

Вопрос №1: До какого времени вы будете унижать нас такими низкими зарплатами?

Положение педагога в России Николай Юрьевич сравнил с положением раба в Древнем Риме (Николай Ченцов — учитель истории): они так же работали за еду, одежду и содержание (сейчас это коммунальные услуги).

Также он сравнил нынешний уровень заработка со стипендиями в советских педвузах.

«Я учился в вузе с 1977 по 1982 год. Минимальная студенческая стипендия была 40 рублей. Кто-то получал по 50-56 рублей. На эти деньги можно было 100 раз пообедать в студенческой столовой. Если взять нынешнюю зарплату учителей 12-15-18 тысяч рублей, ее также хватит примерно на 100 обедов в этой же студенческой столовой. В царское время учителю платили заработную плату 128 тысяч рублей в переводе на наши деньги», — рассказал Николай Ченцов.

Вопрос №2: Когда же учительство будет получать такой же доход, как и чиновничий класс?

На этом вопросе, отметила один из педагогов, вспылил глава района Владимир Друженьков. Он начал задавать вопросы учителю, чего тот добился в жизни, а также жаловался на свою зарплату, полагая её скромной.

Вопрос №3: Владимир Леонидович (глава района), как Вы относитесь к идее проведения всенародного референдума о повышении пенсионного возраста?

«Вопрос о пенсионной реформе заключается не столько в повышении возраста выхода на пенсию, но это вопрос зрелости гражданского общества. Согласимся ли мы со своим нищенским существованием или же будем отставать право на достойную жизнь? Сможет народ добиться реализации своего права голоса и выполнения ст. 3 Конституции о том, что источником власти является народ? Народ имеет право на всенародный референдум», — заявил по этому вопросу Николай Ченцов.

Зал встретил выступление учителя истории бурными аплодисментами.

Отмечается, что глава района Владимир Друженьков не дал ответа ни на один из вопросов.


Почему детям стоит рассказывать о смерти в школе

Прямой диалог

О смерти в нашем обществе говорить просто неприлично, но это молчание часто ведет к серьезным проблемам в жизни семьи и каждой отдельной личности.

pochemu-detyam-stoit-rasskazyvat-o-smerti-v-shkole

Вы когда-нибудь задумывались, как должны выглядеть ваши похороны? Или что такое умирание? Что должно случится с вашим телом?

Большинство представителей западного мира не задумываются над такими вопросами. Мало того, они всячески избегают разговоров на такие темы.

Мы знаем, что смерть никого не обойдет стороной, однако смерть и умирание остаются единственными «частями» жизни, которые мы не обсуждаем. Современная культура с её восхищением молодостью нам в этом активно «помогает», мало кто захочет показаться нездоровым, некрасивым и признать свою смертность.

Однако население Европы и России все больше стареет, пенсионеры подчас оказываются в совершенно бедственном положении. Пожалуй, стоит еще с молодых лет начать планировать свое старение, чтобы иметь уверенность перед лицом смерти.

Первопроходцами в этом вопросе может стать Австралия: о старении и умирании там предлагают учить со школы. С таким предложением выступила Австралийская медицинская ассоциация Квинсленда.

Если такое предложение примут, то Австралия станет первой страной в мире, где смерть станет частью общественного дискурса.

Смертельное образование

В Австралии только 10% жителей умирают дома, остальные заканчивают жизнь на больничных койках. При этом, по данным опросов, подавляющее большинство австралийцев желало бы умереть дома.

Понятие смерти чаще всего диктуется нам (как молодым, так и взрослым) фильмами и сериалами, в которых смерть предстает ужаснее, чем это есть на самом деле. Чтобы избавить людей от страхов и помочь им открыто говорить о ней, австралийские врачи предлагают ввести новый предмет в школьную программу. Это позволит, считают они, показать, что смерть не так ужасна (и не причиняет боли) и поможет людям принимать более взвешенные решения при выборе паллиативной помощи.

Практически реализовать такой план не так сложно: о смерти можно рассказать на уроках биологии, на уроках обществознания можно предложить детям обсудить законы и акты, регламентирующие наследие усопшего, и этическую сторону вопроса: какие права имеет человек при различных физических и ментальных состояниях.

Отрицание смерти

В мире существует несколько организаций, которые пытаются помочь людям более свободно говорить на тему смерти. Существует проект Death Cafe, его суть – обсудить за чашкой чая или кофе непростые вопросы умирания и смерти, сделав такие обсуждения совершенно обыденной вещью. Подобное кафе есть и в России, почитайте о нем в материале «Таких дел».

Организации борются с представлениями общества, которое табуирует всякое упоминание смерти. Конечно, в мире еще достаточно тех, кто не желает и слова слышать об умирании или смерти. Ученые называют такой общественный тренд «отрицанием смерти».

Главная проблема «отрицания» — люди не думают о своей старости, пока она внезапно не обрушится на них: они лишаются шанса умереть спокойно, без лишней боли, окружающие не воспринимают всерьез их желания.

Разговоры о смерти

«Смертельное образование» предлагает молодежи в будущем избежать нежелательных последствий молчания: в первую очередь, это незнание семей о том, как лучше помочь или поддержать своих умирающих близких; умирающие заканчивают свои дни в страхе и часто забывают даже о своей последней воле, что оставляет семей перед непростым выбором – как правильно почтить память своего близкого.

Необходимо больше работать над развенчиванием мифов о смерти и умирании. Просто начать говорить о смерти – это лишь неплохой первый шаг. Полноценный школьный предмет позволит молодому поколению лучше понять связь между законом, медициной и этическими вопросами, окружающими смерть и процесс умирания.

Нормализация разговоров о смерти в обществе и школе позволит семьям лучше поддерживать друг друга в тяжелые времена и принимать более взвешенные решения о конце своих дней.

Оригинал: theconversation

Ольга Васильева: ЕГЭ не должен быть самоцелью

Прямой диалог

Министр просвещения выступает против натаскивания на ЕГЭ, сейчас ситуация исправляется, уверена она.

olga-vasileva-ege-ne-dolzhen-byt-samotselyu

Итоговые экзамены в школе должны быть логическим завершением обучения в школе, считает Ольга Васильева. Об этом она рассказала в интервью корреспонденту ТАСС.

«ЕГЭ не может быть самоцелью, это лишь инструмент, позволяющий оценить качество полученных учеником знаний», — отметила министр.

Системы экзаменов, подобные ЕГЭ, совершенствовались на Западе столетиями, рассказала министр. Россия же пытается пройти этот путь за десять лет — здесь трудно обойтись без ошибок. Однако уже сейчас виден положительный эффект от введения единых экзаменов: 70% поступивших в столичные вузы — выходцы из провинции.

«Мне нравится пропорция 70 на 30 в пользу глубинки. Если оглянемся в прошлое, найдем там тысячу подтверждений тому, что Россию всегда питала провинция. Не будь ЕГЭ, какое соотношение мы увидели бы? Думаю, сами догадываетесь», — поделилась Ольга Васильева.

Поначалу в вариантах ЕГЭ было много тестовых заданий, это приводило к тому, что учителя в старших классах просто «натаскивали» детей на решение тестов вместо реального обучения школьников. Сейчас ситуация улучшается, считает министр.

«Родители нанимали репетиторов, старшеклассники уходили в экстернаты и целенаправленно готовились только к профильным предметам, забросив остальные дисциплины. Сейчас все потихоньку меняется — медленно, но верно. Думаю, сможем поломать порочную систему натаскивания», — уверена министр.

Также министр считает, что готовить варианты заданий необходимо в министерстве просвещения, а не в Рособрнадзоре, так как «не может орган, призванный осуществлять надзор, сам готовить материалы для проверок».

Источник: Российская газета


Почему сингапурские школы так успешны?

Прямой диалог

Сингапурская модель образования — одна из лучших в мире. Как она выглядит изнутри, что лежит в основе её успеха и эффективности?

pochemu-singaporskie-shkoly-tak-uspeshny

Когда мы говорим о лучших школах мира, на ум сразу приходят Сингапур, Южная Корея, Япония, Шанхай и Финляндия. Уже более десяти лет эти страны – лучшие в международных рейтингах, оценивающих навыки школьников в чтении, математике и естественных науках. Успехи азиатских школ вызвали на Западе и в России огромный интерес.

Что такого делают сингапурские учителя? В чем сильные стороны школьной программы Сингапура? Какие ограничения есть у их школьников?

Подходит ли модель образования Сингапура для тех стран, что хотят усовершенствовать свою систему для ответа на вызовы 21 века? А возможно ли вообще перенести эту модель в другие страны? Или успех Сингапура зависит лишь от национальных черт и культурных факторов?

Учебный режим в Сингапуре

В Сингапуре все инструкции по работе в классе четко прописаны и действуют на каждом уровне образования и на каждом предмете. Обучение ведется последовательно, оно ориентировано на практику и прагматично, основано обучение на смеси педагогических традиций Востока и Запада.

В первую очередь, обучение в Сингапуре фокусируется на учебном плане, передаче знаний и подготовке детей к экзаменам в конце года и в конце школы.

На практике учителя сильно полагаются на учебники, рабочие тетради, методички, собственный опыт и опыт других педагогов. Они особо останавливаются на алгоритмах решения задач и обучают формулировать проблемы четко и ясно (особенно это касается математика). Главный на уроке учитель, длительные дискуссии с учениками не приветствуются.

Самое интересное, сингапурские учителя редко прибегают к «высокоэффективным» методам работы, которые в современных западных исследованиях считаются важнейшими для развития концептуально понимания учеников и обучающих детей «научиться учиться».

Например, учителя редко проверяют исходные знания ученика и почти не обсуждают цели обучения и задачи на урок. Также учителя при проверке знаний школьников и оценке работ (обратной связи) сфокусированы на том, знает ли ребенок правильный ответ, а не понимает ли он, как решать подобного рода задачи.

Таким образом, учебный режим в сингапурских школах ориентируется на передачи знаний согласно учебному плану и результаты школьников на итоговых экзаменах. И этот режим показывает прекрасные результаты в международных исследованиях качества школьного математического и естественнонаучного образования (TIMSS) и Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся (PISA).

Логика преподавания в сингапурских школах

Система образования Сингапура – это результат уникального сплава исторических, институциональных и культурных влияний. Эти факторы позволяют оценить эффективность системы в современных международных исследованиях и определить, насколько возможен его трансфер в другие страны.

Сингапур построил централизованную систему образования (хотя в других странах все стремятся к децентрализации в последнее время), хорошо интегрированную в другие общественные институты, последовательную и хорошо финансируемую. При этом система остается гибкой и управляется экспертами.

В основе системы образования Сингапура находится национальный стандарт. Он диктует требования, которым должен соответствовать каждый выпускник школы – готовность студента проверяется выпускными экзаменами. Результаты экзаменов определяют дальнейший образовательный путь обучающихся. Такая система подталкивает учителей больше сосредотачиваться на учебных планах и готовить детей к итоговым тестам. Следование учебному плану, оценкам и инструкциям становится во главу угла.

Сингапурский учитель отвечает за результаты своих учеников, что еще больше подталкивает педагогов четко следовать инструкциям и «натаскивать» детей на тесты. Большие затраты государства на педагогические исследования (было выделено 109 миллионов фунтов (9,5 млрд рублей) в 2003-2017 годах) и менеджмент в образовании призваны поддержать учителей: важнейшим пунктом развития системы государство считает отбор, обучение и профессиональный рост учителей и директоров школ.

Такую систему поддерживают культурные и политические особенности страны: широкая приверженность национальному принципу меритократии (ключевые должности в стране должны занимать наиболее способные люди независимо от происхождения – ред.), многонациональности, коллективным ценностям и социальной сплоченности, активности и экономическому росту.

При этом родители, школьники, учителя и чиновники высоко ценят получение образования на индивидуальном уровне. Школьники поэтому ведут себя хорошо во время занятий.

Учителя придерживаются авторитарных форм взаимодействия с учениками, они и лежат в основе негласных правил в классе. «Учитель говорит, а дети слушают», в школах установлены жесткая иерархия и бюрократия, оценки имеют большое значение, знания практичны, а в классе главным оказывается учитель.

Уникальное соединение исторического опыта, инструкций и культурных аспектов позволило создать невероятно эффективную систему. Однако эта уникальность ограничивает распространение сингапурской модели в мире. Пример сингапурских школ может показать, как границы могут быть полезны при обучении детей.


Каким должно быть повышение квалификации педагогов: Марина Шалашова

Прямой диалог

Представляем видение профессионального развития педагогов директора института дополнительного образования МГПУ Марины Шалашовой.

kakim-dolzhno-byt-povyshenie-kvalifikatsii-pedagogov-marina-shalashova

Буквально несколько лет назад программы ДПО реализовывали, в основном, институты усовершенствования учителей, в том числе Московский институт открытого образования. Педагогические университеты участвовали в этой работе, но их вклад был не столь значительным. По мере включения педвузов в различные исследования по модернизации российского образования стали появляться новые передовые практики, которые требовали трансляции.

Сейчас на едином городском портале «Дополнительное профессиональное образование педагогических работников» присутствует более 50 организаций, и среди них не только педагогические университеты, но и федеральные вузы. Начали работать с учительскими кадрами МГУ им. М.В.Ломоносова, МГТУ им. Н.Э.Баумана, РУДН и другие федеральные исследовательские университеты. Кроме того, на рынок ДПО вышли и коммерческие структуры, например, «Первое сентября», различные образовательные центры. Конкуренция сложилась очень серьезная.

Оплата курсов

Что касается оплаты курсов в столице, с 2013 года в Москве изменилась система финансирования ДПО, сейчас Департамент образования Москвы перечисляет деньги на повышение квалификации учителей в виде целевых субсидий в школы в зависимости от контингента учащихся. Директора школ, заинтересованные в эффективном расходовании этих средств, стали внимательно смотреть, куда отправить своих педагогов. В какой организации ДПО наиболее интересные программы? Хорошо ли там учат? С какими знаниями и интересным опытом вернется в школу учитель? Вполне очевидно, что это способствовало повышению качества предлагаемых программ.

Проверка курсов повышения квалификации

А для проверки качества самих курсов Департамент образования Москвы создал городской экспертный совет по дополнительному профессиональному образованию и сформировал пул экспертов в этой сфере. Большинство из них — учителя «топовых» московских школ, ведущие специалисты системы ДПО. Прежде, чем программа ДПО попадает на портал, ее рецензируют три независимых эксперта, среди них два учителя и представитель системы ДПО. Они оценивают содержание программы, ее актуальность, соответствие установленным требованиям к структуре. Если из трех рецензентов хотя бы два рекомендовали эту программу, экспертный совет принимает решение о ее размещении на портале.

Какие компетенции требуются современным педагогам?

В современном динамичном образовательном процессе перед учителями постоянно встают новые задачи. Педагоги интересуются современными образовательными технологиями, переходом на новые образовательные стандарты, новыми методиками преподавания учебных предметов.
С введением новых стандартов старшей школы появилось понятие «индивидуальный проект». Сегодня от учителей требуется понимание того, как определять тематику проектами, как вовлекать в проектную деятельность учеников. Далеко не каждый педагог знает, как создать индивидуальный проект не с наиболее талантливым, одаренным или мотивированным ребенком, а с каждым школьником. Поэтому соответствующие программы очень актуальны.

Обучение школьных команд

До недавнего времени при обсуждении технологий достижения требований ФГОС мы не ставили перед собой задачу одновременно учить несколько педагогов из одной школы. К нам приходили по двое, по одному… И после окончания обучения в школу возвращался лишь один подготовленный учитель. Он приносил с собой новые интересные практики, но быстро погружался в прежнюю рутину, и его навыки, как правило, не получали дальнейшего развития.

Другая проблема в том, что учителя одной параллели никогда не обсуждают друг с другом проблемы детей своего класса. Мы хотели, чтобы они научились договариваться: «Нашим ученикам не хватает таких-то умений. Как мы можем вместе решить эту проблему – вы на уроках русского языка, вы — на уроках математики, а я — на биологии?».

Поэтому у нас возникла идея – обучать сразу команду учителей, не менее семи-восьми человек. Некоторые школы направляют к нам сразу по десять педагогов, которые работают в одной параллели. Например, учителей шестых классов по математике, русскому языку, биологии, иногда социального педагога. Обязательно есть представитель администрации, как правило, заместитель директора по учебно-воспитательной работе, который курирует внедрение образовательных стандартов и решение учебно-методических задач.

Zanyatiya-v-gruppakh

В одну группу, как правило, приходят по три команды, они обучаются совместно. Сначала мы проводим «сессию погружения», в формате интерактивных лекций обсуждаем, что такое новые образовательные стандарты, знакомимся с понятиями и методологией. А дальше каждая команда выбирает свою тему проектной работы в зависимости от результатов диагностики метапредметных умений своих учеников. Такую диагностику, например, проводит Московский центр качества образования.

Мы смотрим на проблемное поле, а именно какие метапредметные умения находятся пока в дефиците у школьников, чего им не хватает – навыка работать с информацией, умений анализировать и так далее.  При этом команда выбирает те, которые вызывают у педагогов наибольшие опасения, и разрабатывает свою технологию развития у данной категории учеников недостающего умения.

Большая часть обучения проходит в форме проектных сессий, где учителя работают под руководством университетского модератора. Учителя совместно обсуждают возможные технологии, разрабатывают инструментарий, апробирует наработки в классе. Периодически, раз в месяц, все три команды встречаются, проводят друг для друга мастер-классы, обсуждают, у кого что получилось. Происходит взаимное обучение. И, самое главное, учителя начинают совместно проектировать образовательный процесс.

По результатам обучения команда представляет на публичную защиту свой проект, но предварительно мы проводим повторную диагностику детей и смотрим, произошла ли какая-то динамика в развитии дефицитных умений.

Согласны ли вы с мнением Марины Михайловны? Давайте обсудим вместе, каким должно быть повышение квалификации педагогов и какие компетенции они должны получить, на августовском педсовете «Моего университета». Записывайтесь на участие по ссылке.

При подготовке статьи были использованы материалы РИА Новости.

Фото: МГПУ


Как начинающему учителю влиться в работу и не сойти с ума

Прямой диалог

Молодой учитель делится советами с новичками, как справиться с тремя самыми главными проблемами на старте карьеры.

kak-nachinayushhemu-uchitelyu-vlitsya-v-rabotu-i-ne-sojti-s-uma

Начинающего учителя легко сбить с толку: неприятные слова учеников, плохие текущие оценки, которые приводят к четвертной двойке у части класса или не самые удачные отношения с новыми коллегами.

За свою небольшую карьеру я понял, что мне (и каждому молодому педагогу) необходимы стратегии по выходу из таких ситуаций. Гибкость и умение преодолевать препятствия – ключевые навыки для начинающего учителя.

Розы и шипы

Когда в классе растет напряженность, неважно, из-за конфликта между учениками или недопониманием между учителем и классом, уровень стресса учителя начинает зашкаливать. В такой ситуации я прибегаю к тактике «Розы и шипы» (название я придумал сам): она одновременно является превентивной мерой и способом прийти к взаимопониманию и исчерпать конфликт.

Я предлагаю ученикам записать на листок положительные моменты («розы») и негативные («шипы») за последнюю неделю.

После этого мы устраиваем дискуссию с ними, начиная с обсуждения «шипов». Ученики часто рассказывают о проблемах внутри и вне класса или в семье. Одноклассникам я предлагаю после рассказа каждого из учеников задать им вопросы по проблеме, дать сочувственные комментарии или дать советы, как разрешить проблему. Я делаю у себя пометки, какому ученику стоит уделить больше внимания. Когда ученики начинают свободно обсуждать свои проблемы, я отхожу в сторону и становлюсь наблюдателем.

Иногда давать советы приходится мне: когда ученики не чувствуют себя уверенными в проблеме или когда время на дискуссию ограничено. Я внимательно выслушиваю их опасения и переживания и предлагаю им продумать несколько вариантов действий. Конечно, мне не всегда удается дать именно то, чего они просят, но я стараюсь помочь им найти ответ самостоятельно и преодолеть проблему.

Когда конфликт случается у двоих учеников, я стараюсь дать им свободу решить проблему самостоятельно. Однако, если дело касается того, что ученика А обижает или оскорбляет ученик Б, я вмешиваюсь: я поговорю с А о том, как он чувствует себя и как стоит поступить Б, чтобы тот его простил. Иногда этого достаточно, чтобы решить проблему, бывают, правда, и ситуации, когда необходимо прибегать к помощи школьного психолога и зама по воспитательной работе.

Обсуждения мы всегда заканчиваем «розами» — позитивными моментами недели в классе и за его пределами. Сообщения детей о спортивных победах, отличных оценках или чудесной прогулке с семьей на пикник позволяет всем нам отвлечься от стресса, который все мы испытывали за прошедшую неделю, и трудностей, с которыми столкнулся каждый ученик.

Проблемы с оценками

В прошлом году один из моих тестов привел к оглушительной средней оценке в два балла. Что-то явно было не так с инструкциями к заданиям, моими оценками или подготовкой детей к тесту.

Первым шагом стало определение причин такого провала – переделать весь тест и провести его еще раз было бы нелогично и неэффективно без выявления ключевой проблемы. Тест включал в себя различные виды заданий: задания с выбором ответа, задания с коротким ответом и развернутые аналитические ответы по проблемам.

Оказалось, что наибольшие трудности у детей возникли при работе с текстом в третьей секции. Я переделал свои уроки так, чтобы больше попрактиковать этот навык у учеников. После этого я изменил формулировки в тесте, а также честно поговорил с детьми, что мои ожидания от их успехов были явно завышенными и я переделаю систему оценки их работ.

Мы выделили часть урока, чтобы я смог объяснить им требования к выполнению этого блока заданий, и как он будет мной оцениваться. После этого я ответил на возникшие у детей вопросы.

Переделанные мной критерии оценки и переработка задания в тесте показали мне, что дети обладают необходимыми навыками и могут выполнить это задание в полной мере.

Исходная точка

Страстные преподаватели – это настоящая радость для школы. Они привносят инновации, предлагают новые методики обучения. Однако с такими учителями очень трудно найти общий язык. Чтобы наладить с ними (и им с нами) контакт и прийти к пониманию после жарких дискуссий или споров во время совещаний и планерок, наша школа внедрила стратегию под названием «Исходная точка».

Школьные встречи мы начинаем с формулировки целей, к которым хотим прийти, чтобы быть максимально продуктивными. Цели должны быть простыми, разумными и сфокусированными на достижениях учеников. Мы записываем их на доске, которую помещаем в центре собрания. После каждого обсуждения мы возвращаемся к исходной точке: какие цели наше обсуждение позволяет решить?

«Исходная точка» — отличный способ решить конфликт между учителями: когда разговор между ними накаляется, вмешивается один из педагогов и уточняет: «К какой цели встречи относится ваш спор?» (похоже на технику работы с детьми, правда?). Если их обсуждение касается цели, то такой вопрос позволит остудить их пыл. Однако, если учителя увлеклись и отошли от темы, вопрос вернет их к обсуждению значимых целей собрания и забыть о конфликте.

Каждому учителю необходимо развивать в себе гибкость и способность эффективно решать проблемы в продолжение всей карьеры. Мы выполняем много творческой и вдохновляющей академической работы, но не должны забывать о социальном и эмоциональном развитии наших учеников. Ученики же, видя наше желание и способности преодолевать трудности, возьмут нас за ролевые модели, что позволит им стать лучшими людьми, и нам вместе с ними – создать крепкое сообщество в классе и школе.

Оригинал: edutopia


Школа – это 11 лет учебно-каторжных работ?

Прямой диалог

Литератор Сергей Ачильдиев — о том, кого сегодня воспитывает школа, стоит ли «запихивать» знания в ребенка и как сохранить детское здоровье.

shkola-eto-11-let-uchebno-katorzhnyh-rabot

Образовательный каток

Наша жизнь за последние полвека, если кто не заметил, изменилась принципиально.

Дело не в том, что у нас сменился государственный строй, а на смену плановой экономике пришла рыночная. И дело не в том, что появилось обилие новых технологий, а также гаджетов, о возможности которых ещё вчера никто из нас не подозревал.

Всё гораздо сложнее: мы шагнули в качественно другую эру. Её называют по-разному – цифровая, постмодернистская, модернизационная… Но важнее не название, а суть, которую даже учёные ещё не до конца осознали.

В этой новой жизни сотни миллионов людей оказались на авансцене современности. Планета превратилась в единую деревню, где от одной избы до другой – не больше дюжины часов лёту. Гуттенберговская эпоха стала постгуттенберговской. Маршруты транспорта, вывески на магазинах, цены, моды, законы, лексика, понятия о приличии – всё меняется буквально на глазах. И вообще, теперь стабильно лишь одно – нестабильность.

Самое важное, что требуется от учителя, – отчётность: «внедрил», «освоил», «успешно выполнил». Что на самом деле внедрил-освоил-выполнил – никого не волнует.

Вот только школа остаётся неизменной. Точнее, её задача – впихнуть в головы учащихся как можно больше знаний. А то, что объём этих знаний за те же последние полвека вырос в несколько раз и за этим ростом всё равно не угнаться – неважно. И зачем эти знания, если большинство из них человеку никогда не пригодится – тоже.

Удивляться всему этому не стоит. Главная цель общеобразовательной школы давно уже не в том, чтобы дать ученикам образование. Цель – выпустить с аттестатом и хорошими оценками. А для этого – натаскать выпускников на успешную сдачу ОГЭ и ЕГЭ.

Уже в пятом классе часть детей не выдерживает всё возрастающий темп переваривания знаний чисто психологически. Сначала они ещё пытаются тянуться за остальными, но вскоре ощущают, что ничего не получается. В седьмом-восьмом классе таких детей становится ещё больше. И они уже не стараются быть на уровне. Они просто перестают учиться: где-то что-то спишут у отличников, а где-то учительница натянет им троечку, потому что ей не хочется, чтобы кто-то говорил, будто она плохо работает или не умеет учить.

А она и вправду работает плохо. И рада бы по-другому, но не может. Нагрузка у неё раза в полтора-два больше, чем у предыдущего поколения учителей (40 учебных часов в неделю при ставке 18), да объём бумажек такой, который прежде никому не снился. А в классе – четыре, в лучшем случае три десятка учеников, и ни о каком индивидуальном подходе к детям речи быть не может. Самое важное, что требуется от учителя, – отчётность: «внедрил», «освоил», «успешно выполнил». Что на самом деле внедрил-освоил-выполнил – никого не волнует. Вот бумага, вот подпись – и всё. Потом сводная бумага с подписями от школы, потом – от района, от города… Система не должна допустить ни малейшего сбоя.

Всё это в большинстве российских школ – унылая повседневность. Всем известная и всеми соблюдаемая. Но у неё есть и другая, изнаночная сторона. Ещё более страшная.

«Ваш ребёнок — хроник»

Сейчас в правительстве обсуждается вопрос об увеличении рабочего дня до 10 часов и переходе на шестидневную трудовую неделю. А кроме того – о введении системы экзаменов на знание последних достижений в каждой сфере трудовой деятельности…

Что, вы возмущены правительственным беспределом? Но почему, собственно?

хроник

Да, про планы правительства я выдумал. Однако скажите, если ваш ребёнок обязан, придя из школы после пяти-шести, а то и семи уроков, ещё два-три часа делать домашние занятия да вдобавок потом выслушивать родительское негодование, если в дневнике плохие оценки, то почему для себя вы такой стиль бытия категорически отвергаете? Причём учтите, ваш ребёнок на своей работе в школе и дома постоянно впитывает новую информацию, перерабатывает её и усваивает, чтобы потом использовать в контрольных работах, на зачётах и экзаменах. Это вам не бумажки перекладывать с места на место и не выполнять то, что давно и хорошо известно.

70 процентов выпускников школ – в очках (или в линзах). До трети молодых парней по состоянию здоровья не подлежат призыву в армию. Примерно 40 процентов молодёжи страдают заболеваниями, негативно отражающимися на репродуктивной системе.

Теперь помножьте всю эту нагрузку на неокрепший детский организм, особенно в подростковые годы, когда идёт бурное физиологическое и психологическое взросление организма, и вы получите внушительный букет болезней, которые ещё не так давно считались взрослыми.

Недавнее исследование, проводившееся по всей России, выявило, что около 30 процентов школьников имеют избыточную массу тела. Причина – не только несбалансированное питание, в том числе в школьной столовой, но и крайне малая подвижность.

По признанию главного педиатра страны, академика Александра Баранова, по той же причине среди школьников «сегодня на первое место выходят заболевания опорно-двигательного аппарата». Сейчас 40 процентов подростков в физическом развитии уступают сверстникам 1960-х годов, а ведь это были дети, получившие не самое богатое генетическое наследство от своих родителей, выросших в военное лихолетье, да и сами шестидесятые не назовёшь особо сытными.

Главный детский психиатр департамента здравоохранения Москвы Анна Портнова привела ещё один ужасающий факт: у 20-25 процентов детей, в основном подростков и в основном учеников гимназий, специализированных школ, где нагрузка выше, чем в обычных школах, наблюдаются психические расстройства. Главным образом это депрессии, нарушение концентрации внимания, трудности в запоминании больших объёмов новой информации, фобии типа «а вдруг я что-то забуду, допущу ошибку, получу плохую оценку» и т. д.

Активно подстёгиваемое родителями стремление успешно сдать ОГЭ, чтобы перейти в десятый класс, да к тому же в престижную школу, а затем гонка за высокими баллами при сдаче ЕГЭ, чтобы попасть в один из ведущих вузов, – всё это разрушает детское здоровье. А какое самое быстрое и эффективное средство его поддержать? Занятия физкультурой, прогулки на свежем воздухе? Нет, на всё это некогда тратить время ни детям, ни их родителям. Проблему глушат таблетками, а они, как известно, не только загоняют болезнь вглубь, устраняя лишь её симптомы, но попутно поражают другие органы.

И вот итоги. 70 процентов выпускников школ – в очках (или в линзах). До трети молодых парней по состоянию здоровья не подлежат призыву в армию. Примерно 40 процентов молодёжи страдают заболеваниями, негативно отражающимися на репродуктивной системе. Как сказала моей знакомой одна на удивление тактичная докторша: «Ваш сын – хроник!».

Куда поворачивать?

Нынче много говорят о материальном расслоении нашего общества. Думаю, во многом оно вторично. Первично культурно-образовательное расслоение.

куда-поворачивать

Одна из важнейших задач школы при обязательном среднем образовании – обеспечить всем равные стартовые возможности в жизни. У нас год от года с этим всё хуже. Едва окончив начальные классы, часть детей уже не могут учиться. Как теперь говорит молодёжь, – не догоняют. В седьмом-восьмом классах их становится ещё больше. Да они и не стараются, понимают, что им это не по силам.

Современный человек не должен походить на робота, напичканного великим множеством знаний. Он должен обладать основами культуры, быть хорошо воспитанным, понимать, что такое вечные ценности – нравственность, мораль, добро, милосердие…
Какие чувства в ребёнке вызывает ощущение, что он лузер? Что у него хуже способности, он хуже соображает и память у него хуже? Верно, у него возникает комплекс собственной неполноценности, с которым он не хочет мириться. И тогда на компенсаторном уровне в нём начинает расти уверенность, что зато он лучше в другом – в ненависти к успешным и сплочённости с себе подобными. В результате сегодня социологи, психологи, криминологи бьют тревогу: в последние полтора-два десятка лет в нашем обществе заметно возрос уровень агрессии. Конечно, он возрос не только из-за школы, но далеко не в последнюю очередь именно из-за неё.
Во всяком государстве школа – один из самых консервативных институтов. И это правильно. Но всё хорошо в разумных пределах. Нашей школе давно пора меняться, по-новому формулировать ценностные задачи.
Современный человек не должен походить на робота, напичканного великим множеством знаний. Он должен обладать основами культуры, быть хорошо воспитанным, понимать, что такое вечные ценности – нравственность, мораль, добро, милосердие… И ещё – не твердить, как попка, что сказал учитель и что написано в учебнике, а научиться учиться – знать, где можно найти информацию, уметь её анализировать, критически осмысливать и правильно выстраивать. Вот что прежде всего должна давать детям по-настоящему современная школа. А все остальные знания ему дадут в вузе. Если, конечно, он решит туда поступать.

Оригинал текста опубликован на сайте проекта «Аист на крыше».


Каким должно быть повышение квалификации педагогов: Любовь Духанина

Прямой диалог

Мы продолжаем публикацию мнений экспертов российского образования о вопросах повышения квалификации педагогов: сегодня мы приводим точку зрения Любови Духаниной и ОНФ.

kakim-dolzhno-byt-povyshenie-kvalifikatsii-pedagogov-lyubov-duhanina

Профессия учителя – это очень тяжелая профессия. Мы очень часто говорим: «Вот учителя – они то недорабатывают, там не так поступают». На самом деле это архисложная профессия. Учитель – это человек, который обладает очень большим количеством компетенций. Он обладает знаниями в предмете. Он должен реализовывать метапредметные компетенции, которые базируются на метапредметных знаниях. Он должен иметь базовые знания по смежным предметным отраслям. Он должен уметь коммуницировать и с ребенком в соответствии с его возрастными особенностями, личностными особенностями, с семьей, в которой растет ребенок. И он должен в настоящем периоде еще успевать самосовершенствоваться для того, чтобы действовать в условиях новых федеральных государственных образовательных стандартов. А они не такие простые, чтобы реально их выполнять.

Полученные в ходе диагностических работ школьников результаты сильно расходятся с оптимистичными заверениями Минобрнауки о том, что 94,5% учителей уже овладели стандартами. В ходе опроса педагогов, проведенного экспертами ОНФ, больше половины учителей признались, что все еще не владеют технологиями работы по новым образовательным стандартам, несмотря на то, что соответствующие курсы повышения квалификации проводятся с 2013 г. Сами курсы учителя также оценили не слишком высоко.

По данным опроса ОНФ, который проводился в октябре прошлого года и в котором приняли участие более 600 учителей из 63 регионов, только 36% педагогов хорошо знают текст стандарта благодаря курсам повышения квалификации и еще 25% изучили ФГОС самостоятельно. Только каждый пятый учитель (20% опрошенных) с уверенностью заявил, что владеет всеми необходимыми педагогическими технологиями для реализации федерального госстандарта. Больше половины (56%) сообщили, что владеют ограниченным количеством технологий и приемов, которые позволяют решать лишь отдельные задачи, установленные стандартом. Каждый десятый (10%) признался, что не владеет технологиями реализации ФГОС. А 37% опрошенных считают, что и их коллеги преподают, не руководствуясь стандартом.

Если учитель раз за разом проходит курсы повышения квалификации, которые он сам оценивает как неэффективные, результаты его работы со школьниками не улучшатся. Требуется осмысленная системная работа на всех уровнях. Важно перестроить работу системы повышения квалификации учителей, сориентировать работу педагогических вузов так, чтобы в школу приходили специалисты, уже владеющие требованиями ФГОС. Для этого нужно создавать интерактивные методические рекомендации по применению образовательных технологий, специальные программы повышения квалификации, соответствующие новым требованиям, видеоуроки с разбором. Должны действовать стажировочные и инновационные площадки, а у учителя должны оставаться время и силы на работу с ними. Однако практическая работа на местах зачастую подменяется дополнительными школьными проверками. Это не улучшает ситуацию, а лишь усиливает бюрократическое давление на школу. В конечном итоге учителя должны знать, как реализовывать на практике стандарты образования, а сами стандарты должны быть четкими и содержательными.

Все-таки Общероссийский народный фронт считает, что подавляющее большинство учителей имеет больше чем полторы нагрузки на одного учителя. У них нет времени на достойное повышение квалификации. У них нет времени на собственный отдых. У них не хватает времени на собственных детей. Они работают реально в условиях в том числе эмоциональных перегрузок. Это может привести к эмоциональному выгоранию любого человека. И каждый человек, имея определенный объем знаний, профессию, он для себя в любой момент имеет право понять: «Остаюсь я в профессии или не остаюсь? Либо я что-то сделаю другое?»

Нам важно, чтобы социальный пакет педагогов рос. Это то, о чем сейчас прозвучало. Когда московское образование стало привлекательным? Когда резко увеличилась зарплата. Существуют совершенно другие, современные формы передачи знаний, передовых практик, когда это стало интересной профессией.

Согласны ли вы с мнением Любови Николаевны? Давайте обсудим вместе, каким должно быть повышение квалификации педагогов и какие компетенции они должны получить, на августовском педсовете «Моего университета». Записывайтесь на участие по ссылке.

При подготовке статьи были использованы материалы телеканала ОТР и официального сайта Общероссийского народного фронта.